Академизм – монарх в золочёной раме
Нынче он кажется до того трогательным, что наши женщины копируют его полотна, вышивая их крестиком по канве. Ах, если бы кудесницы знали, каким напыщенным и важным он был во времена своего рассвета…
Не для холопов
Вначале было слово. «Академия». И было оно мёдом на устах. И произносить его дозволено было лишь избранным. Куда там массы? Какие там простаки? Лишь светлые головы с утончённым разумом и прелестники с изысканными манерами. А ещё лучше – боги. Остальная действительность была недостойной.
Там, в академиях, взращивались умнички. Подвязав фартучками, на завтрак, обед и ужин их потчевали античными мифами и библейскими сюжетами. После трапез каждому из них в ладонь вкладывали кисть, и те скрупулезно выводили на холстах своих идеальных героев.
Прародитель гламура.
Всё воистину так и было! Согласно исторической справке, даже названия эти академии имели сплошь высокопарные. Например, Французская королевская академия живописи и скульптуры (1648 г.) или Российская императорская Академия трёх знатнейших художеств (1757 г.)…
С шестнадцатого и вплоть до начала двадцатого века художники всей Европы создавали для музеев и салонов глянцевые коллекции изображений круглых лиц, румяных щечек, театральных поз и манерных ужимок. Всё это обрамлялось золочёной резьбой повышенной сложности и подвергалось многократному восхвалению на балах и приёмах.
А был ли мальчик?
Бесспорно, все мастера академизма – от Энгра и Бугеро до Бруни и Брюллова – были большими виртуозами. Не каждому хватит терпения на такое количество мельчайших деталей для создания очередного шедевра. И всё-таки что-то в этих шедеврах определённо смущает. Где-то мы их уже видели… Ах, да! В античности! И ещё чуть позже – в эпоху Возрождения. Напыщенный академизм оказался копией. Качественной, но всё же – подделкой.
* На изображении: Аннибале Карраччи, Святые жены у гроба Христа. 1597—1598
При перепечатке материала, ссылка на Noircissant.com обязательна.